S&P. Россия принадлежит вам

Есть такой легендарный американский философ и политолог Роберт Тед Гарр, и есть его книга с занимательным названием «Почему люди бунтуют?» Книга эта издана еще в 70-е, однако вплоть до сегодняшнего дня ее основные положения сохраняют актуальность. По-русски говоря, теория Гарра прошла проверку временем. Гарр считает, что у каждого человека и, что еще важнее, групп людей (наций, социальных классов, городских и районных сообществ, клубов, компаний, отдельных семей) есть «ценностные экспектации», то есть представления о том, что вам должно принадлежать по праву. 


 
Важный момент, «экспектакции» — это не устремления, не надежды, не «хотелось бы», а именно что представление о том, что должно быть вашим по праву. И еще у каждого человека и у каждой группы есть «ценностные возможности» — то есть то, что у вас есть или чего вы можете реалистично достичь.
 
Понятный пример: большинство молодых людей в РФ считают, что они имеют законное право на собственное жилье. Но оценивая свои «ценностные возможности» в виде зарплаты и иных источников дохода, молодые люди понимают, что своего жилья у них не будет никогда. Возникший разрыв между «ценностными экспектациями» и «ценностными возможностями» называется — и это ключевой момент в теории Гарра — «относительной депривацией».
 
Грубо говоря, это ощущение того, что вы не можете получить то, что принадлежит вам по праву, ваше представление о том, что вы чего-то лишены. Есть еще «абсолютная депривация» — то есть действительно лишение вас чего-то, но оно почти никогда не совпадает с относительной депривацией. 
 
Понимаю, что все это звучит слишком наукообразно и вычурно, но попробую объяснить теорию Гарра на понятном примере.
 
В 1962 году в СССР повысили цены на мясо и вообще мясо почти исчезло для простых смертных. Группа «рабочие города Новочеркасск» имели ценностную экспектацию, что за свой тяжелый труд они имеют право есть мясо. Но оценивая свои ценностные возможности, рабочие Новочеркасска поняли, что мяса им не достать. Возникла относительная депривация «нам недодают мяса». Важно отметить, что абсолютная депривация была не такой большой, речь не шла о голоде или чем-то таком, речь шла об ухудшении питания.
 
Особое возмущение рабочих вызвало заявление одного из партийных чинов, что раз нет пирожков с мясом, то ешьте пирожки с ливером. Еще раз, абсолютная депривация, особенно по советским меркам, была небольшой, но новочеркасские рабочие имели ценностную экспектацию «мы — мужики, выполняющие тяжелую работу, и имеем законное право за эту работу есть мясо», отчего у них и возникла интенсивная относительная депривация, приведшая к стихийной самоорганизации и — совершенно верно — бунту, который пришлось подавлять танками.
 
Да, сама по себе относительная депривация не ведет к бунту, важна еще ее интенсивность (то есть интенсивность чувства, что вас лишили чего-то законного), а также последующая самоорганизация для превращения просто депривации (которая может выражаться, например, в ругани правительства на кухне) в реальный политический протест. Но именно относительная депривация лежит в основе любого политического протеста.
 
 Или, скажем, в основе победы Трампа — когда рабочие ключевых для выборов штатов массово решили, что Обама (и Хиллари, как его продолжение) лишил их законного права на индустриальные рабочие места, организовались и отдали свои голоса Трампу, к удивлению Хиллари, игнорировавшей сигналы о массовой интенсивной относительной депривации в ключевых штатах.
 
Важный момент — относительная депривация лишь косвенно связана с абсолютной депривацией (отсюда столь популярный коммент «Да они там с жиру бесятся!», когда комментирующие не понимают, отчего возникла относительная депривация у протестующих и какова ее интенсивность), рабочие в ключевых штатах не голодали, массовой нищеты по нашим меркам там не было. А вот относительная депривация с ощущением, что им недодали полагающихся по праву высокооплачиваемых индустриальных работ — были.
 
Более того, Трамп эту депривацию всячески раскачивал. Каков был его предвыборный лексикон? «Мы сделаем Америку великой вновь! Мы снова будем побеждать, мы будем побеждать столько, что устанем от побед! Я верну вам ваши работы, я сделаю вашу индустрию самой процветающей на Земле!»
 
Критики говорили, что язык Трампа — это язык ненависти и вражды. Но это был язык надежды. Это был язык повышения ценностных экспектаций, язык желания большего, язык возможности большего, язык права на большее.
 
Еще важный момент — относительная депривация не равна возмущению, негодованию и т.п. чувствам, которые обычно приписывает протестующим толпа. Например, все мы возмущаемся преступлениями ИГИЛ, однако эти преступления не вызывают у нас никакой депривации, это лишь наши фоновые эмоции, не ведущие даже к базовым политическим действиям. Возмущаться, негодовать, хотеть, желать, мечтать и даже ненавидеть можно сколько угодно. Но лишь когда вы чувствуете, что лишены того, что вам принадлежит по праву, и чувствуете интенсивно, это ведет к началу вашей политической организации.
 
Как это привело к появлению широкого протестного движения по результатам фальсифицированных выборов в России в 2011 году. Это были не «возмущенные горожане» или там «рассерженные горожане», это были люди, считавшие, что имеют законное право на честную и прозрачную избирательную процедуру в парламент. Люди, которые испытали сильнейшую относительную депривацию от реально случившейся избирательной процедуры в парламент. И люди, которых эта самая относительная депривация двинула к организации и в итоге к мощнейшим политическим протестам, слитым из-за работы лидеров протеста на власти с целью расстроить организацию протестов.
 
Теперь, если мы проанализируем политическую жизнь в РФ за последнее десятилетие, мы придем к двум важным выводам, ради которых я и написал этот переполненный терминами текст.
 
Во-первых, мы увидим, что администрация РФ всячески препятствует политической самоорганизации, давя на корню все нелояльные политические организации, сажая потенциальных политических лидеров и всячески уничтожая неподконтрольный организационный потенциал. Но это лишь половина проблемы. Ведь как было сказано в одном прекрасном тексте про Колумба: «Что было бы, если бы экспедиция Колумба потонула? Ну, раз настала эпоха Великих Географических Открытий, то поплыл бы другой Колумб. Всех не перетопишь!»
 
Вторая половина проблемы в том, что ценностные экспектации могут модифицироваться под влиянием внешних факторов. Если вас поместить в группу долларовых миллиардеров, то очень скоро вы начнете думать, что собственная стометровая яхта — это то, что принадлежит вам по праву, как же без нее! Если же вас поместить в группу заключенных, то ваши ценностные экспектации сведутся к тому, чтобы баланду давали каждый день, а били — не чаще раза в неделю.
 
 
Человек и человеческая психика — подвижны. А уж ценностные экспектации — подвижны тем более. И тут я бы хотел высказать свою ключевую мысль.
 
Оппозиция принципиально неправильно понимает основы работы кремлевской медиамашины. Считается, что кремлевская пропаганда возвеличивает Путина, убеждает население в том, что Путин — это реинкарнация Сталина, Грозного и Иисуса Христа одновременно. Но если мы посмотрим телевизор, то никакой северокорейщины там на самом деле не увидим.
 
Еще считается, что пропаганда врет о том, как все замечательно стало в стране — но и тут, обратившись, собственно, к пропаганде, тему успехов и достижений мы особо не отметим. Конечно, есть и сюжеты про «дорогого Владимира Владимировича», и про духовность, которой завидует весь мир, но суть современной кремлевской пропаганды, ее сердце, ее нерв, не в этом.
 
Ее суть — пресловутая «стабильность». По-русски говоря, эти гады работают на то, чтобы ценностные экспектации населения оставались на одном и том же уровне, а еще лучше — снижались. В чем суть всех сюжетов про Россию как осажденную крепость? Не в том, что кругом враги, нет. Их суть — «не требуй лишнего в ситуации войны, парниша». В чем суть всех сюжетов про то, как все плохо на Украине? «А у вас вон что есть, не требуйте лишнего, а то придет Майдан и не будет даже этого!» В чем суть внешне идиотского, а на самом деле глубоко мудрого заявления «Денег нет, но вы держитесь» Медведева? Правильно, «понизь-ка экспетакции, парниша».
 
Да, сейчас вы этому заявлению удивитесь, посмеетесь, но когда вам сообщат о сокращении вашей зарплаты на 10%, вызовет ли это у вас сильнейшую относительную депривацию? Нет. Потому что вы уже этого ждали. Вы уже были подготовлены кремлевской медиамашиной, что не имеете законного права даже на то, что у вас есть. Что вы не можете не то что мечтать о лучшем будущем, а хотя бы мечтать о том, чтобы сохранить уже имеющееся.
 
Они не пытаются продать вам великого Путина. Они не пытаются создать образ компетентной, мудрой, великой администрации. Они даже Медведева держат для того, чтобы вы думали: «Ну, господи, чего ж еще с таким дебилом ждать, хорошо, я буду жить хуже, как же не жить хуже, когда правительство возглавляет такой дебил».
 
Им не нужно ваше одобрение. Им даже не нужен ваш нейтралитет. Им не нужно, чтобы вы перестали костерить Путина по соцсетям, построились шеренгой и запели «Слава великому вождю!», о нет. Им нужно лишь одно: УБИТЬ В ВАС НАДЕЖДУ
 
И поэтому ваше возмущение, мое возмущение тем, как все плохо в РФ, не только не подтачивает их власть, но, наоборот, укрепляет и цементирует ее куда лучше любого «Клуба юных путинцев», ибо убивает надежду на лучшее будущее, снижает ценностные экспектации, рушит саму возможность для возникновения интенсивной ценностной депривации, действуя куда эффективнее, чем любая пропаганда про «великого Пу».
 
— Россия — великая страна! Путин — великий лидер!
— Ну и где тогда моя великая жизнь в великой стране с великим лидером? Вы последние счета по ЖКХ видели вообще?
— ГДЕ НАШЕ ВЕЛИЧИЕ, ЧУВАК?! (толпа с вилами и факелами вламывается в Кремль)
— Россия — ну так себе страна, экономика ищет 22-е дно, премьер-министр — идиот, вся власть — жулики и воры, оппозиционеры — еще хуже, кстати, вам зарплату вполовину в этом месяце сократят, потому что денег нет и не будет.
— Ох, горюшко-то какое…
— И еще вечером общественники придут, будут насиловать вас, вашу жену, ваших детей, вашу собаку и вашу канарейку, закон новый вышел. Сами понимаете — сраная Рашка!
— Да, не повезло…
— И дальше еще хуже будет, сами видите, что в стране творится, чего уж тут ждать.
— Нечего…
 
Наиболее ярко управляемое снижение ценностных экспектаций мы можем наблюдать на примере Донбасса.
 
После Крыма экспектации выросли невероятно высоко, общество находилось в состоянии восторга, ждали взятия Киева. И если бы Путин вышел и сказал, что нет, ничего не будет, то случился бы бунт. Но Путин вышел и сказал, что начался Минский переговорный процесс, что это хитрый план, что их там нет, но они там есть, надо чуть погодить, а потом еще погодить, ой, как больно санкции бьют, ой, какие на Донбассе бандиты, а вы правда думаете, что будет лучше, если мы в Россию возьмем всех этих бандеровцев, а они ж там все фашисты, а на Донбассе — бандиты, а еще нам НАТО ядерную войну объявит и… и вроде как уже и странно вспоминать, что ждали Киев, смеялись на улицах, собирали деньги, собирали добровольцев, а теперь сидим с покерфейсами и вроде как да, чего уж тут ждать, нечего ждать, ну вроде как не сдадут Донбасс, а о большем и говорить нечего.
 
Это ярчайший пример. Ярчайший. Равно как и случай Януковича, который начал заключать какие-то соглашения с протестующими, идти на уступки — то есть ценностные экспектации повышать, рождая у людей ощущение, что они могут добиться большего, что им принадлежит гораздо большее по полному на то праву. Чем все это в итоге кончилось, хорошо известно.
 
Ну и финальный вывод. Само собой, что следует бичевать все ошибки и недочеты этого режима. Само собой, что нужно вскрывать все его язвы и показывать весь его гной. Но в то же время если ОНИ убивают надежду, то МЫ должны эту надежду вселять. И я говорю не только про «позитивную программу», нет, потому что любая «позитивная программа» — это лишь пожелание, это «хорошо бы», я говорю про вселение в сердца и разумы людей ощущения, что им по полному законному праву принадлежит в разы, в десятки раз больше, чем то, что они имеют сейчас.
 
Это не «надо бы провести реформы», это «я ИМЕЮ ПРАВО на реформы». Это не «хорошо бы лучше жить», это «я ИМЕЮ право лучше жить». Из этого, кстати, родились и Болотные протесты, протесты интеллигенции и бизнесменов, которые привыкли к тому, что имеют право на большее, которые считали, что им ДОЛЖНЫ большее — и потому вышедшие на улицы. Из этого родилось и Донбасское восстание: «Мы ИМЕЕМ ПРАВО вернуться на Родину, в Россию, как вернулся Крым!»
 
Мы должны вселить в сердца людей огонь страстной, живой, обжигающей убежденности в том, что они имеют право на большее. Не хотят. Не надеются. Не ждут. Но имеют право, и если большего их лишили — то это повод потребовать свое родное, свое законное, свое естественное — назад.
 
Я пока не знаю, как это сделать. Убедить человека в том, что он — дерьмо, намного проще, чем убедить человека в том, что он по полному праву — хозяин. Особенно если на дерьмовость круглосуточно работают все каналы и радиостанции, а про свет, красоту и надежду — лишь несколько сайтов в интернете.
 
Но я обязательно постараюсь придумать, как это сделать. И я прошу вас помочь мне.
 
http://sputnikipogrom.com/mustread/63081/russia-is-yours/#.WFanZnEjGHs
 
 
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

 
 
     
 
    Яндекс.Метрика